Все новости
15 Мая 2020, 12:35

Любовь и война

Она ждала его двадцать семь лет. До самой смерти...

Фильмы о войне всегда воспринимаются по-особому: с трепетом, чувством гордости, нередко и со слезами. Несбывшиеся мечты, разлука с любимыми, страдания детей... Горько осознавать, что сюжеты взяты из самой жизни. А ведь все это было – десятки лет назад, но было!
Надолго запомнится эпизод из кинофильма «Привет от Катюши» (ремейк советского фильма «Отряд особого назначения»). Перед самой гибелью молодой боец надевает на палец мечтавшей о собственной свадьбе девушки кольцо – от гранаты. В этот миг время для них словно остановилось. Но прогремел взрыв – они подорвались, и десятки фрицев вместе с ними…
У моей бабушки по отцовской линии было семеро детей. Старшей дочери исполнилось шестнадцать. Младшая родилась уже после начала войны. Тяжелый ручной труд, света нет, печное отопление. А муж на фронте. Как она выдержала?! Ведь всех подняла, обогрела, накормила. По рассказам детей и родственников, не роптала, не жаловалась на судьбу. Ее спасением и были дети – три дочери и четыре сына. Иначе не объяснить любовь к жизни, стремление к лучшему.
А еще она пела, как и наш дед, – о любви, молодости, разлуке. Сочиняла и мунаджат – духовное песнопение о переживаниях. С арабского переводится как «разговор с самим собой». Это древнейший песенный жанр для мусульманских народов, форма молитвы, обращения к Всевышнему. Есть мунаджаты назидательного характера (насихат), другие же повествуют о самых горьких минутах в жизни человека. Изливая душу, видимо, бабушка находила в этом какое-то спокойствие, а ее уверенность передавалась детям, окружающим. Мудрую не по годам женщину любили и уважали, в любой ситуации шли к ней за советом, поддержкой.
Сохранились два письма с фронта. Оба начинаются одинаково: «Исэнме, йэнем!» - «Здравствуй, душа моя!». «Прошел месяц со дня нашего расставания – целая вечность… Помню ваши слезы, дорогая… Передай детям, что я скоро вернусь. Не переживайте за меня, мы уже двигаемся на запад. Я вернусь, и мы будем счастливы, как прежде».
В 1942 году по болезни и ранению дедушку нашего комиссовали. Мне неизвестно, какие чувства переживала бабушка, дождавшись его возвращения. Наверное, по-женски радовалась: вот он рядом, с ним уютно и спокойно... Она долго плакала, когда муж, подлечившись в Месягутовской больнице, снова отправился на фронт. «Там товарищи мои погибают!..». В этом поступке – весь наш дед. А ведь ему предлагали руководство колхозом им. Сталина (позже – «Урал»), остаться в селе. Сыновья и дочери знали: так надо, так решил отец. Он всегда поступал честно, был справедлив и дальновиден. Когда пришла похоронка, все – и старшие, и младшие, обняв мать, рыдали в голос: такого отца им не найти на всем свете.
Жизнь продолжилась без него. Через десять месяцев закончилась война. А бабушка все ждала и ждала. Двадцать семь лет. До самой смерти…